На заводе
Валери Таразо
Я поступил на завод во время цветения вишен.

1980 1982 mzp2

Строительство плодоовощной базы в Курьяново, 1980-е годы, вид от Московского завода полиметаллов 


Мне не удалось распределиться в Челябинск-40 по состоянию здоровья. Завод А или п/я 125, а позднее п/я В-2822 был вполне современным предприятием. Он и приютил меня как родного. Здесь многим можно было даже гордиться. Я попал в центральную научно-исследовательскую лабораторию (ЦНИЛ) – в руки Квашневской Марии Сергеевны, непосредственным начальником которой был Семенов Григорий Иванович. Мария Сергеевна была очень умной руководительницей-металлургом. Когда я стал заниматься гидрометаллургией гафния, она отстранилась от моего дела, дав мне полную свободу.

  • “Я в этом ничего не понимаю. Радуйтесь” – у вас полная свобода – сказала Мария Сергеевна.


Пришло время, и меня вызвали к главному инженеру завода Крониду Викторовичу Орлову.

  • “Я слышал от Геннадия Алексеевича Ягодина, что вы неплохо разбираетесь в методах экстракционного разделения элементов” – сказал Кронид Викторович. Я сделал такое движение головой, которое можно было трактовать и как – да, и как – нет.
  • “Прекрасно. Вот и займитесь получением гафния из “хвостов”, которых накопилось у нас на берегу Москвы – реки порядка тысячи тонн” - сказал КВ. Так мы стали его звать в своих кругах.
  • “Утрем десятке нос?! А то они уж очень высоко стали его задирать”.


Это только потом я стал разбираться, кто есть кто. Десятка – это знаменитый Всесоюзный научно-исследовательский институт химической технологии (ВНИИХТ), расположенный рядом с заводом, а девятка – Всесоюзный научно - исследовательский институт неорганических материалов (ВНИИНМ), расположенный за метро Сокол. В названиях этих институтов ничто не выдало род их занятий. Разве ясно, что институт ВНИИХТ занимается проблемой получения урана из руд, а ВНИИНМ увлечен проблемой получения плутония в процессе вторичной переработки урановых стержней, вытащенных из атомного реактора. Эти тепловыделяющие элементы - стержни (ТВЭЛы) надо очищать от ядов, т.е. элементов, накапливающихся в процессе ядерной реакции. Ведь не может же реактор работать вечно. Существует сложная и опасная технология очистки ТВЭЛов с получением урана 235, урана 238 и плутония 239.
Я понял, что мне придется иметь дело с проблемой получения гафния, который является сильным поглотителем нейтронов и может мгновенно остановить ядерную реакцию. Эта задача была чрезвычайно актуальной. Из гафния легко получить стержни управления и защиты (СУЗ) атомных реакторов подводных лодок.

  • “Я хочу, чтобы вы через год поставили на этот стол первый килограмм чистой окиси гафния. Я даю вам свободу действий. Если возникнут трудности – прямо ко мне. Я оповещу всех начальников цехов и служб о вашей деятельности. О ней вам придется отчитываться регулярно” – сказал жестким тоном КВ. Из этого требования КВ я понял, что порученное мне дело - дело не шуточное.



Следует немного описать завод.
Это было передовое предприятие Министерства среднего машиностроения, министром которого был Славский Ефим Павлович – уникальный человек.
Цех № 2 – основной цех, технологом которого придется стать мне, а после моего ухода в аспирантуру - Сергею Колесову. Начальник цеха Билютин Аркадий.
Цех №3 – производство тория, технологом которого со временем станет мой дипломник Виноградов Владимир Григорьевич. Потом он станет заместителем Министра Средмаша. В этом же цехе будет, на свою беду, работать Александр Колесников.
Цех № 6 – производство редкоземельных элементов (РЗЭ), технологом которого являлся талантливый инженер Логинов Алексей.
Цех № 60 – современное производство РЗЭ. Виноградов В.Г. стал - со временем - начальником цеха №60.

Производство тория, загрязнив территорию завода протактинием, было закрыто. Но реакторы на быстрых нейтронах прекрасно работали на полуострове Мангышлак (Каспий, Казахстан). Только благодаря этим реакторам был построен прекрасный город Шевченко - Актау. Этот город питался технической водой, получаемой с помощью реакторов на быстрых нейтронах (РБН).

Цех № 1, где производили стержни управления и защиты атомных реакторов. Начальник цеха – Виктор Пономаренко.
Установка № 14, на которой получали оксид бериллия.
Производство плавиковой кислоты.
Центральная заводская лаборатория – ЦЗЛ.
Центральная научно-исследовательская лаборатория, где я начал работать на построенных по моим чертежам установках.
Котельная.

Кроме того, было хорошее конструкторское бюро под руководством Спартака Павловича и механический цех, руководителем которого был Ион Барухович Соркин. Трудно забыть имя и отчество Соркина. Он был очень добрый человек.
Естественно, что имелось мощное заводоуправление, где работали уже упомянутый КВ и директор Андрюшин Александр Иосифович – очень строгий, но справедливый осетин, от которого мне не раз доставалось – мир праху его. Я любил его безмерно.

Источник 

Об авторе